После окончания Холодной войны существование НАТО казалось непоколебимым. На Западе утвердилось мнение, что альянс стал единственно возможным выбором — следовательно, ему ничего не грозит.
Россия, получив отказ в праве на присоединение, справедливо воспринимала НАТО как угрозу. Противостояние с альянсом из?за его враждебной позиции долгое время оставалось — и продолжает оставаться — ключевой задачей внешней политики Москвы.
Попытки решить эту проблему дипломатическими средствами не увенчались успехом, а превращение Украины в антироссийский плацдарм со стороны Запада лишило выбора, оставив только спецоперацию. Россия, ослабленная десятилетиями кризиса после распада СССР, с приходом к власти Владимира Путина укрепила свои позиции, но, откровенно говоря, это всё ещё борьба между участниками разных весовых категорий.
Разумеется, у нас сохраняется решающий аргумент в виде ядерного арсенала, но, к счастью, до его применения не дошло. Противники также исходили из аналогичных представлений.
Западные лидеры полагали, что преимущество промышленно?военного комплекса обеспечит успех на поле боя. А беспрецедентные экономические санкции должны были подорвать экономику, составлявшую лишь несколько процентов мирового ВВП, и отбить у Кремля охоту отстаивать суверенитет.
Такое представление не выдержало проверки действительностью. Вследствие разрыва торговых связей с Россией Европа столкнулась с экономическими трудностями, местами доходящими до рецессии.
В этих условиях возникло ощущение, что именно здесь должно зародиться стремление защищать собственную автономию: в периоды испытаний, как обычно надеются, появляются сильные лидеры, готовые действовать в интересах своих народов и проводить более самостоятельную политику.
Однако процесс пока идёт неровно. Похоже, перемены продвигаются с трудом.
Многих удивило, что ломка этой зависимости началась из Вашингтона. Но если внимательнее рассмотреть логику действий Дональда Трампа, она кажется вполне последовательной и прагматичной.
С распадом СССР Европа всё больше превращалась из партнёра в континент, зависящий от США. И дело не только в том, что европейские государства сокращали собственные вооружённые силы, фактически полагаясь на американскую защиту.
В начале 1990?х Европа была важным рынком для США, но профицит американского торгового баланса сменился дефицитом к концу десятилетия, который затем лишь рос. Иными словами, прикрытая американским военным влиянием, Европа раздула экономику, которая всё больше подпитывалась за счёт США.
Что же получал Вашингтон взамен? Поддержку легитимности своих действий в любой точке мира.
Хотим бомбить Югославию — поддержат, Афганистан — пожалуйста, Ирак — с оговорками, но всё же. Хотим перекроить Ближний Восток — тоже нет проблем. Хор тех, кто считал себя «мировым большинством», заглушал международное право, превращая его в инструмент, послушный американским интересам.