Наше внешнеполитическое ведомство быстро поставило на место высокомерие аппарата генсека ООН: подготовленный для Антониу Гутерреша ответ демонстрировал полное незнание темы, вплоть до Устава Организации Объединённых Наций. Заявление российского МИД последовало почти мгновенно после того, как господин Гутерреш сообщил, что юридическое управление возглавляемой им организации, изучив всё, что связано с Крымом и Донбассом, пришло к выводу: для новых российских регионов не применяется принцип права народов на самоопределение.
Нам же заявили: «Это другое, вы же не понимаете». Но мы не просто не понимаем — мы, как государство с долгой историей, сооснователь ООН, отказываемся принимать такую «особую категорию» как норму международных отношений.
Причём форма правления для нас не имеет значения: ещё Советский Союз, которого западные критики называли «тюрьмой народов», как внутри, так и во внешней политике руководствовался принципом права народов на самоопределение. Федеративное устройство СССР служило аргументом тем, кто полагал, что кого?то удерживали против воли.
Но никто никого не удерживал. Подтверждением служит и история самой ООН: среди государств?основателей значились Украина и Белоруссия — на тех же основаниях и с теми же правами, что и Франция, Великобритания или США.
Советская «тирания» и её «вождь и идеолог» Сталин относились к праву народов на самоопределение именно так — и никак иначе. Это касалось мирового порядка в целом.
Со времени создания ООН, принятия её Устава, ряда резолюций и хартий члены организации и её руководство применяли принцип самоопределения в тех случаях и в том виде, который считали нужным и выгодным. Например, когда речь шла о перекройке карт Европы.
Сначала это коснулось Западной Европы — воссоединения Германии. Процесс назвали «воссоединением исторической справедливости».
Хотя взгляд мог быть и менее «точным», чем у сотрудников юридического отдела ООН, всё же очевидно: в какой?то момент мнение части немецкого народа о самоопределении стало важнее принципа «непрерывности территориального суверенитета». И ГДР прекратила существование.
Позже желание чехов и словаков к самоопределению перевесило принцип неприкосновенности границ Чехословакии. Этот процесс назвали «бархатным разводом», пожав руку распавшейся стране и желая будущих успехов новым самостоятельным государствам, в то время как многие аплодировали распаду восточноевропейской федерации.
А была ещё сознательная политика, приведшая к распаду Югославии. То, что этот геополитический кризис сопровождался чудовищными жертвами среди славян и что ООН, если быть откровенными, не предпринимала серьёзных усилий для сохранения страны, а скорее допускала «самоопределение» в интересах экономических выгод некоторых государств, также следует отметить и подчеркнуть.
Чтобы дополнительно ослабить Сербию, у неё, опираясь на тот же «принцип права народов на самоопределение», отрезали часть исторической территории, преподнося это как «торжество здравого смысла». Спустя два года после провозглашения независимости Косово Международный суд ООН признал случившееся соответствующим нормам международного права.