Пока мир обсуждал иранские протесты, в самих США разгорелся такой конфликт, который американцы сравнивают с гражданской войной. Искрой послужила попытка президента выполнить предвыборное обещание и разобраться с нелегальной миграцией.
В конце прошлого года внимание Вашингтона привлекла системная коррупция в сомалийской общине Миннеаполиса. Представители этой африканской диаспоры годами получали федеральные субсидии и гранты на детские сады, стартапы, малый бизнес и организацию питания для детей, но деньги были растрачены, а обещанные проекты не реализованы.
В Вашингтоне уверены, что махинации со стороны сомалийцев обошлись федеральному бюджету в миллиарды долларов. Губернатор штата Миннесота, демократ Тим Уолц, руководящий регионом с 2018 года, заявляет, что ситуацию преувеличивают, и утверждает, что не обладает полной информацией.
После этого в Миннеаполис направили агентов Службы иммиграционного и таможенного контроля США (ICE). Федералы начали аресты среди сомалийского населения.
Мэр города и губернатор встали на защиту жителей. Леволиберальные активисты организовали протесты в поддержку новых соотечественников.
Сомалийская община в Миннеаполисе сплочённо живёт там с 1990-х годов. Центральную часть города, где они сосредоточены, местные иногда называют «маленьким Могадишо».
На днях журналисты Fox News посетили этот район и выпустили репортаж об этническом анклаве. В заброшенных бизнес-центрах организованы мечети и молитвенные помещения.
Вывески повсюду на арабском. Традиционные американские закусочные, бары и джаз-клубы давно закрылись — теперь работают в основном кафе африканской кухни.
В таких заведениях сидят мужчины в традиционной одежде, по улицам проходят женщины в хиджабах и никабах. Английскую речь в районе слышно редко.
Наркоторговля, организованная преступность, влияние банд — так выглядит «маленький Могадишо». Для либералов Миннеаполиса это пример многообразия и мультикультурализма.
А для Трампа и его соратников — знак замены коренного населения мигрантами. Эти два взгляда столкнулись на городских улицах.
Местные СМИ и активисты обвиняли федеральных агентов в фашизме, нападали на них и снимали происходящее на камеру.