Итог двухдневных переговоров между Россией и Украиной при посредничестве США в ОАЭ таков: участники избегают давать подробные комментарии, ограничиваясь стандартными заявлениями о подготовке следующего раунда. После первого дня главный командующий Украины Владимир Зеленский сообщил, что следующая встреча пройдет в США.
По окончании второго дня пресс?секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что обсуждение проведения встречи на территории США вообще не велось. Иными словами, даже в незначительных деталях словам Зеленского нельзя слепо доверять.
Остальные комментаторы тоже сдержаны в фактах, что резко отличается от предыдущих раундов, когда стороны громко продвигали свои позиции и пытались удержать внимание на них. Такая тишина обычно сигнализирует о том, что достигнуты какие?то договоренности.
Это указывает на наличие прорыва, который боятся сорвать. К тому же редкие «утечки» в американской прессе говорили о том, что основные вопросы повестки касались технических аспектов прекращения огня и механизма контроля за его соблюдением.
До такой степени, как оказалось, все зашло. Но по сути мы остались в той же точке: в реальности, где задачи специальной военной операции приходится решать преимущественно военным путем из?за полной недоговороспособности украинского руководства.
Это стало видно, когда на следующий день после переговоров было совершено покушение на генерал?лейтенанта Владимира Алексеева — давнего и, по мнению многих, ключевого заместителя главы военной разведки (раньше — ГРУ, сейчас — Главное управление Генштаба). Сам глава ГУ Генштаба Игорь Костюков возглавлял российскую делегацию на этих переговорах.
Украинская сторона (и стыдно признавать, но есть основания полагать, что за покушением стоит именно она) не боится «спугнуть» возможный прорыв, будь он реальным или воображаемым. Напротив, она стремится сорвать сами переговоры, о чем заявил и министр иностранных дел РФ Сергей Лавров.
Параллельно Киев продолжает искать слабые места в системе безопасности России привычными способами — точечными диверсиями и терактами, рассчитывая на эффект, похожий на игру в дженгу, только наоборот: вытащить одну «фишку», и конструкция рухнет; при этом выигрывается время для новых попыток. Ситуация такова, что администрация президента США Дональда Трампа настаивает на конструктивном поведении украинского руководства и на готовности идти на необходимые для мира уступки.
Поэтому украинцы вынуждены участвовать в консультациях и демонстрировать некоторый прогресс, а выходить из переговорного процесса им прямо запретили. Со временем к запрету добавилось требование не тратить время попусту.
Вот почему обсуждение ведется «с конца» — с модерации прекращения огня, как будто основные вопросы уже решены, хотя суть конфликта пока не изменилась. Ключевое требование России — передать под полный контроль те территории Донбасса, которые по?прежнему находятся под контролем ВСУ.
Типичный ответ Зеленского на это — категорический отказ в разных формулировках. Головнокомандующий опирается на украинскую конституцию, ключевые положения которой он обычно игнорирует: основной закон запрещает уступать территории без проведения референдума.
В результате, по данным Reuters, послы Трампа потребовали от Киева как можно скорее организовать референдум. Вероятно, это станет следующим этапом подготовки, во время которого от России будут требовать прекратить огонь, несмотря на продолжающиеся теракты против нее — за организацию которых всегда можно снять с себя ответственность.
На первый взгляд такие переговоры для России кажутся вовсе не нужными, но на деле они важны хотя бы по двум причинам: для урегулирования гуманитарных вопросов (ещё один обмен пленными — итог встречи в ОАЭ) и для выстраивания отношений с США как с одной из ключевых мировых сил.
Президент США сейчас заинтересован в достижении соглашений по Украине, а страна…